Содержание
Мало кто знает, но привычный нам картофель когда-то называли «земляным яблоком», а то и вовсе «чёртовым плодом». Заморский овощ, который сегодня занимает почётное место в каждом доме, на протяжении почти двух столетий с боем пробивал себе дорогу к русскому столу. От первых робких попыток царя Петра до настоящих крестьянских восстаний и полного признания — история картофеля в России была полона драматизма, а путь до тарелки был тернист.
Как «земляное яблоко» попало в Россию: от Петра I до Екатерины II
Историю появления картофеля в России традиционно связывают с Петром I. Согласно распространённой версии, во время пребывания в Голландии в конце XVII века царь, оценив новое кушанье, отправил графу Шереметеву мешок клубней с повелением распространить их по стране. Однако дальнейшая судьба этой монаршей посылки остаётся загадкой — никаких документальных сведений о ней не сохранилось. Даже если легенда правдива, она была лишь одним из эпизодов. Архивные материалы свидетельствуют, что к середине XVIII века картофель уже выращивали крестьяне и огородники во многих российских городах и деревнях, но в целом он оставался редкой диковиной.
Подлинный поворот в судьбе «земляного яблока» произошёл при Екатерине II. Обеспокоенная неурожаями зерновых и угрозой голода, императрица в 1765 году подписала указ о разведении картофеля. Вместе с указом по губерниям разослали «Наставление о разведении земляных яблоков, называемых потетес» — первое в стране печатное руководство по его агротехнике и употреблению.
Андрей Болотов: человек, который научил Россию есть картошку
Едва ли не больше всех для картофеля в России сделал Андрей Тимофеевич Болотов — выдающийся учёный-агроном своего времени. В екатерининскую эпоху он жил в своём имении Дворяниново в Тульской губернии и с огромным интересом относился ко всему новому. Наряду с традиционными культурами он охотно экспериментировал с «тартуфелями», как тогда называли картофель.
Болотов был замечательным хозяином, и неслучайно именно его выбрали управляющим волостей, принадлежавших самой Екатерине Великой. В отличие от придворных садовников, которые растили картофель ради красивых цветов, Болотов первым в России начал системно выращивать его на огороде как продовольственную культуру. Он досконально изучал всё: сорта, урожайность, предпочтения к почвам и способы кулинарной обработки.
Итогом его трудов стала статья «Примечания о картофеле», опубликованная в 1770 году в «Трудах Вольного экономического общества». Это была первая в России научная работа, посвящённая картофелю. Именно Болотов ввёл в русскую речь само слово «картофель», заменив им прежние экзотические названия.
Что касается упомянутого выше екатерининского наставления, то оно содержало весьма практичные советы для крестьян: «Если же яблоки не больше грецкого ореха, то сажают по целому в яму; яблоки величиною в куриное яйцо разрезывать можно пополам, утиное на четверо, а величиною с яйцо индийской курицы, на восемь частиц». Это была первая официальная инструкция для тех, кто ещё не умел обращаться с новым овощем.
«Чёртово яблоко»: почему крестьяне боялись нового овоща
Несмотря на старания императрицы и учёных, крестьяне не спешили признавать «чёртово яблоко» своим. Причин было несколько. По незнанию люди часто пробовали не клубни, а ядовитые зелёные плоды, вырастающие на кустах, и травились. Да и хранили картофель неправильно, оставляя на свету, что приводило к накоплению опасного соланина. Свою роль сыграла и религиозная молва: говорили, что это тот самый запретный плод, которым змей соблазнил Еву.
Бунты на картофельных полях
Новый этап наступил при Николае I в 1840-х годах. На фоне неурожаев правительство перешло к насильственным мерам, предписав в обязательном порядке заводить общественные картофельные посевы. Для крестьян это стало последней каплей. По стране прокатились «картофельные бунты», охватившие Север, Поволжье и Приуралье. Только после их жестокого подавления насильственная посадка была отменена.
Итог: как картофель стал «вторым хлебом»
После отмены принудительных мер отношение к картофелю начало меняться. Крестьяне постепенно убеждались на собственном опыте: неприхотливый овощ даёт стабильный урожай даже там, где капризные зерновые подводили. К тому же он отлично хранился и был сытным. К концу XIX века картофель прочно вошёл в рацион, вытеснив с крестьянского стола репу и брюкву. Так, пройдя путь от царской диковинки и «чёртова яблока» до всенародного признания, картофель наконец-то занял своё законное место в русской кухне.
Но если уж говорить о настоящей, почти религиозной любви к картофелю, нельзя не заглянуть к соседям. Давайте посмотрим, как складывалась судьба этого овоща в Беларуси — стране, где «бульба» стала не просто едой, а частью национального характера.
«Бульба» с характером: как картофель стал белорусским символом
Беларуси с картофелем повезло больше: с ним познакомились почти на восемьдесят лет раньше, чем в России. В 1676 году первые клубни привёз из Европы Франтишек Стефан Сапега — чашник, а затем конюший Великого князя Литовского, которое тогда входило в состав Речи Посполитой. По другой версии, картофель попал в Речь Посполитую после победы короля Яна III Собеского под Веной в 1683 году: монарх прислал жене клубни из императорских садов на пробу.
Поначалу заморский клубень подавался к столу лишь как деликатес для знати. В кулинарной книге кухмистра Станислава Чернецкого, составленной в 1682г., упоминается «tartofelle» — экзотическое блюдо, которому только через сто лет предстояло стать массовым продуктом.
Массово выращивать картофель в белорусских землях начали в середине XVIII века при короле Августе III. А настоящим «вторым хлебом» он стал к середине XIX столетия — примерно тогда же, когда в кулинарной книге Яна Шитлера 1830 года появился рецепт тех самых драников, что сегодня считаются визитной карточкой белорусской кухни.
Почему же белорусы так полюбили бульбу? Всё сошлось: подходящий климат, плодородные почвы и вековые традиции земледелия. Но, пожалуй, главное в другом — в характере. Белорусы отнеслись к картофелю не как к навязанной культуре, а как к родному и даже слегка непослушному детищу. Ироничное прозвище «бульбаши» они носят с гордостью, а в национальной кухне насчитывается около 300 блюд из картофеля. Шутка ли — целых три сотни способов превратить скромный клубень в кулинарный шедевр! Так что если русский человек свою картошку выстрадал через бунты и указы, то белорус её просто полюбил — тихо, преданно и навсегда.
Любознательным советую почитать Увлекательная история картофеля: от горных склонов Анд до королевских столов
